Опубликовано: 09.08.21 11:52

Электронные доказательства и их место в уголовном судопроизводстве

Аннотация: В данной статьей рассматривается вопрос о необходимости правового закрепления электронных доказательств в уголовно-процессуальном законодательстве. Рассмотрены варианты трактовки понятия электронные доказательства. 
Ключевые слова: доказательства, электронные доказательства, уголовный процесс, понятие электронные доказательства.

Реализация целей и задач, поставленных перед уголовным судопроизводством, напрямую взаимосвязано с установлением фактических обстоятельств по данному делу, с средствами, которые закон разрешает использовать для установления или опровержения фактических обстоятельств события, которое произошло в прошлом. В будущем данные обстоятельства непосредственно влияют на формирования убеждения суда в виновности или невиновности лица[1].

Для того, чтобы в полной мере выполнить назначение уголовного судопроизводства, необходимо: установить, имело ли место событие, по поводу которого было возбуждено уголовное дело; кто совершил преступные действия (бездействия); степень виновности обвиняемого и его мотивы преступления и иные обстоятельства, которые в полной мере характеризуют произошедшие события и личность обвиняемого. Изучение, доказывание или опровержение данных обстоятельств строится на процессе познания. А основным средством познания являются доказательства. Доказательства формируются как сведения о происшедшем событии в виде моментов, которые были зафиксированы в памяти людей, следы на вещах и документах и иное. На основании этого, следователь, прокурор, суд приходят к определенным выводам по делу. В Российском законодательстве, а именно в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации закрепляется понятие доказательства (ч. 1 ст. 74 УПК РФ), а также сведения, которые будут являться доказательствами в уголовном судопроизводстве (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). В данный перечень входят: 1) показания подозреваемого, обвиняемого 2) показания потерпевшего, свидетеля 3) заключения и показания эксперта 4) вещественные доказательства 5) протоколы следственных и судебных действий 6) иные документы. Стоит остановится на 4 и 6 пункте данного перечня.

Одной из современных проблем классификации доказательств, приведенной в УПК РФ, является то, что в ней не уделяется должное внимание новому виду доказательств – электронным доказательствам. Это проявляется не только в том, что они напрямую не указаны в данном перечне, но и в том, что они с трудом подходят под критерии вещественных доказательств или иных документов. Исходя из логики законодателя, можно проследить, что в данные категории, по большой степени, можно отнести лишь объекты материального мира. В данном случае электронные носители информации (жесткие диски, дискеты) могут стать элементом вещественных доказательств или иных документов. Но что делать с информацией, которая не покидала компьютерные сети и продолжает оставаться в информационном пространстве?

В связи с стремительным развитием общества, в особенности информационных технологий, в уголовно-процессуальном праве, а также и в иных отраслях права постоянно появляются новые правовые проблемы[2]. Одной из таких проблем является использование электронной информации в качестве электронного доказательства. Сегодня электронная информация нашла свое широкие применение во всех отраслях жизнедеятельности человека, в том числе и в криминальной. Не только специализированные преступления, непосредственно связанные с компьютерной информацией, но и многие традиционные противоправные общественно опасные деяния оставляют после себя определенные следы в компьютерных сетях, на ленточных, магнитных, магнитно-оптических, оптических, флэш носителях или же в облачных хранилищах. В связи с этим возникает практическая проблема использования данных следов в процессе расследования преступления и рассмотрения уголовного дела. Для того, чтобы разрешить данную проблему, законодателю необходимо внести ясность по следующим вопросам: как получать данную информацию, как использовать, как не нанести вред, а самое главное, к какому виду доказательств будет относится данный тип фактических данных. Помимо правовой стороны вопроса, не стоит забывать и о технических проблемах, которые могут возникать в процессе использования электронной информации, а также теоретической стороны данного вопроса. Первоначально необходимо понять, что же представляет из себя электронная информация и электронные доказательства.

С точки зрения уголовно-процессуального права современные ученые-правоведы не пришли к консенсусу, что вкладывать в данное понятие. Некоторые авторы говорят, что электронная информация — это лишь та информация, которая была заключена на физических носителях данных, другие обращаются лишь к цифровой части. Наиболее точную расшифровку, что же включает в себя электронная информация, дал Дуленко В.А.: «Компьютерная информация может быть представлена на нескольких уровнях: физическом(на материальном носителе и находящаяся в процессе взаимодействия с носителем); логическом; синтаксическом; семантическом; прагматическом».[3] Основываясь на данной трактовке уровней электронной информации, можно вывести наиболее точное определение, в рамках уголовно-процессуального права: Электронная информация – это определенные сведения (электронные следы), которые были зафиксированы ЭВМ или человеком на физическом, логическом, синтаксическом, семантическом и прагматическом уровнях, и могут представлять определенную ценность при рассмотрении уголовного дела. Очевидно, что электронная информация по-своему понимаю является более обширным понятием, нежели электронное доказательство. Как и при проверке любого факта или события электронная информация может приобрести статус доказательства лишь в том случае, если её получит уполномоченный орган законным способом и в установленной законом порядке, а позже предоставит в её суд в принятой законом форме.

Сегодня российское судопроизводство шагнуло вперёд, начав активнее использовать один из видов электронной информации: электронные носители данных. Но правоохранительные органы и судебная система упускают тот факт, что в процессе доказывания следует уделять значительное внимание не только содержанию файловой информации, но и иным данным, которые содержатся в ЭВМ, системе ЭВМ либо их сети. Как говорилось выше, в рамках уголовного процесса электронная информация представляет из себя определенные электронные “следы”, которые могут быть значимыми при рассмотрении дела. Сами по себе данные следы не остаются в памяти компьютера. Для этого существуют множество специальных программ, специально предназначенных для записи событий с различной целью: 1) резервирования информации 2) предоставление пользователю дополнительных удобств в работе 3) обеспечение безопасности информации (пароли, шифрования, отпечатки) и другие. В рамках определенной операционной системы данные программы постоянно между собой взаимодействуют и представляют собой одну большую информационную систему. Поэтому при рассмотрении лишь электронных носителей (жесткие диски, флэшки, и др.) происходит потеря огромного количества электронных следов, которые могли бы изменить ход дела, подкрепить уже выдвинутые обвинения и так далее.

Стоит сказать, что электронная информация представляет из себя новый виток развития доказательств в рамках уголовного права, уголовного процесса, так и в рамках всей правовой системы в целом. Необходимо тщательно подойди к вопросу исследования информации и способах её использования в качестве доказательств. В следствие чего появится возможность расследовать и пресекать современный тип преступлений – киберпреступлений, а также разрешить вопрос использованиях таких данных в традиционных преступлениях, если они непосредственно являлись частью совершаемого преступления.

[1] Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Норма, 2009. — 1072 с.
[2] Пастухов П.С. «Электронные доказательства» в состязательной системе уголовно-процессуальных доказательств // Общество и право. 2015. № 1.
[3] Дуленко В.А. О доказательной ценности компьютерной информации // Правовые вопросы связи. 2006. N 2.